Феномен Дрейка: может, он канадский Егор Крид?

На днях Дрейк после длительного затишья выпустил три полноформатных альбома из 43 треков – Iceman («Ледяной человек»), Habibti («Дорогая») и Maid of Honour («Подружка невесты»). Его продуктивности теперь официально может позавидовать любой трудоголик. Но с чего бы богатому, популярному, пусть и не обладающему безупречной репутацией (привет Кендрику Ламару) рэперу обрушать на слушателей такой поток звука? С того, что творческий манифест и (допустим) жесткий ответ обидчикам играет роль бюрократического трюка: по одной из версий, выпуск сразу трех альбомов ускоряет закрытие долгов перед Universal Music Group. Стратегия избавления от лейбл-кабалы стара как мир: так делали Фрэнк Оушен (выпустивший посредственный Endless (Бесконечный), а на следующий день – Blonde (Блондин)), Принс, Пол Уэстерберг и даже Сиа. А сколько уж в таких обстоятельствах погибло талантов, заключивших контракт «360» – вопрос уже риторический. В отличие от Фрэнка Оушена, у которого за халтурой вышел шедевр, у Дрейка шедевра не случилось. Обо всем по порядку.

Путь к тройному релизу пролегал через череду унижений: публичная порка Кендрика Ламара не понесла за собой финансовых потерь, но репутационные – определенно. Можно заметить, как восемь лет назад люди восхищались стилем Дрейка и писали о том, как круто его слушать на вечеринках, – а в наше время оставляют под всеми промоакциями, фотографиями, клипами и разборами альбомов негативные комментарии. В 2025 году Дрейка добил судебный иск Universal Music Group – он подал заявление против своего же лейбла за то, что тот способствовал распространению дисса Кендрика. Особенно он акцентировал внимание на «ложных и клеветнических обвинениях».

Тем не менее стратегия по выходу релиза была редкой, но меткой. Один из самых прикольных пиар-ходов – огромная ледяная глыба в центре Торонто, в которой рэпер одним апрельским днем спрятал дату выхода альбома. Это привлекло много зевак с кирками и кувалдами. Теперь подробнее о самих релизах.

Iceman («Ледяной человек») – ядро всех трех. Обложка отсылает нас к Майклу Джексону с его знаменитыми перчатками, расшитыми стразами. За это респект – красоту мы любим. Но музыка напрашивается на отождествление с мемом «говоришь на меня – переводишь на себя». Дрейк проходится по всем, кто решил перейти ему дорогу, рассказывает об отце, болеющем раком, и рассуждает об одиночестве в коварной, злой и бескомпромиссной музыкальной индустрии. Вышло все плоско, однородно и даже в какой-то степени нейронно.

Автор фото: соцсети

Pitchfork (Питчфорк) посчитал, что вся работа – «ворчание, не несущее никакой смысловой нагрузки», которое заставляет слушателей выкинуть плеер в ближайшую урну. Издание дало низкую оценку – 5.8 из 10. В целом сюжетная линия Дрейка напоминает нашего Егора Крида: он из работы в работу может перетаскивать свои обиды, пережевывать их (и не дай бог, речь зайдет о женщинах) и делать на этом деньги. Еще одна общая черта – особая любовь к рекламе азартных игр. Много совпадений, не находите ли?

Habibti («Дорогая») – ритм-энд-блюз-баллада об отношениях (о да, излюбленная тема у Дрейка). Как обычно его фигура с нарциссической акцентуацией сметает место для двоих и предоставляет пространство для размышлений для одного. Мнения о нем разнятся: для кого-то он звучит сносно и приятно, для иных – скучно и необязательно. Дрейк делится доброй долей автотюна и приправляет это все базовым минималистичным звучанием. Может, это один из тех альбомов, которые больше всего претендуют на успешный разрыв контрактных обязательств перед «юниверсалами» – а как мы с вами поняли, это может работать как в истории у Фрэнка Оушена (пусть его и тяжело превзойти).

Автор фото: соцсети

Самый интересный продакшен у Maid of Honour («Подружка невесты») – танцевальной пластинки. В ней, слава богу, Дрейк избавляет слушателя от обид, слез и апатии. На обложке – незамысловатая двойная композиция, где на переднем плане его молодая мама, а на заднем – его отец и он сам. Альбом больше всего приближен к фирменному звучанию Дрейка, которое когда-то влюбило в себя миллионы. Некоторые критики сравнивают альбом с «45-минутным диджей-сетом». И вот в чем дело.

Автор фото: соцсети

Корневая проблема – однотипность. Мне безумно нравится Don’t Matter to Me («Для меня это не имеет значения»), в котором канадский артист использовал сэмплы с голосом Майкла Джексона, – она звучит красиво и стройно. Но в ее случае органично вплеталась монотонность – в Maid of Honour («Подружка невесты») она звучит навязчиво и не к месту. Ты устаешь от того, что нет развития. За исключением, пожалуй, жанровой составляющей: тут есть ямайские мотивы, немножко бразильского фонка и даже ретромотивов.

Но я считаю неправильным, наверное, в наши дни просто критиковать релиз. Ведь можно извлечь для себя урок. Знакомство с такими крупными работами может послужить сборником лекций на тему продюсирования музыки. Чего не отнять практически ни у одного западного исполнителя, так это связей с талантливыми людьми, способными создать качественные, запоминающиеся аранжировки и тексты. Маркетологи берут на заметку промокампании.

В условиях, когда музыкальная индустрия претерпевает серьезные изменения, важно смотреть на тех, кто выживает в них (а некоторые даже цветут пышным цветом). Это обнадеживает как создателя музыки, так и того, кто просто ее любит: появляется  чувство приобщенности к чему-то большому.