Вы вот часто слышали, как в нашей стране из-за концерта одного исполнителя меняли схему движения автомобилей, ограничивая движение на ближайших улицах к точке проведения мероприятия? А чтобы общественный транспорт подавали оптом ко времени завершения? А вот с концертом Басты такое было. Его концерт — не народное гулянье, не салют в День города, не массовое скопление праздношатающихся людей, это чётко организованное коммерческое событие с дорогими билетами. И с заботой о комфорте зрителей.
Этот материал не отражает мнение всей редакции GALA. Это моё личное мнение и видение происходящего, поэтому и писать я буду от своего имени.
Меня зовут Денис, и я не люблю творчество Василия Вакуленко. Точнее, так: я равнодушен ко всему, к чему имеет отношение Баста. От песен до ютуб-шоу и ресторанов. Это не моя волна, не мой мир, не та музыка, к которой я обращусь, когда мне плохо или очень хорошо. Поход на шоу Басты мне пришлось воспринимать как личный вызов — обожаю стадионные концерты, но не всякую музыку хочу слышать, находясь внутри ревущей толпы. Да, лет 20 назад в моём плеере болтались «Так плачет весна» и «Осень», но той ностальгии не хватит, чтобы подпитать заявленные четыре часа концерта. Плохо ещё и то, что в бытность работы на радио песни Василия набили непроходящую оскомину: ежедневно, ежечасно те, кто слушал радио, требовали сыграть в эфире его очередной трек и даже подпевали, поднакидавшись вечером в пятницу на даче и попадая в прямой эфир, пройдя заэфирные жесткие редакторские жернова и фильтры. Это было невыносимо. На фоне того, что многие просто мечтали попасть на это шоу, я чувствовал себя так, будто отнимаю у детей конфету.
Сбор журналистов был назначен за полтора часа до начала концерта — за это время нам обещали провести инструктаж, раздать бейджи и подвести максимально близко к артистам, чтобы задать вопросы. Ещё на подходе к стадиону среди обычных прохожих можно было различить тех, кто идёт на концерт. Не по одежде, не по разговорам, а по не поддающимся описанию признакам. Это были и семьи, и зумеры, и миллениалы, и совсем старшее поколение. Ближе к «Ак Барс Арене» человеческие потоки сливались в гудящую толпу, создавая длинные очереди на входных рамках. Такого даже на футбольных матчах, проходящих здесь, не наблюдалось.
Ещё до концерта с коллегами мы обсуждали, кто из российских артистов может собрать стадион. Кадышева? Да, но: на предстоящий концерт в июне в московской «ВТБ-Арене» проданы все билеты, а на конец августа, но уже в Ярославле, не выкуплено и четверти зала — популярность среди зумеров схлынула так же неожиданно, как и наступила. Словившая нечаянную волну хайпа в прошлом году Буланова? Та не делает стадионных шоу, выступая всё чаще на сборных ностальгических дискотеках. Егор Крид? Возможно, но при его отношении к зрителю и репутационных потерях нужно совершить невозможное, чтобы устроить солдаут (у артиста запланированы два концерта подряд на начало июля в московских «Лужниках», и в доступе всё ещё больше четверти билетов на каждый). А, да, «Руки вверх» — непотопляемый Жуков тоже собирает стадионы, выезжая на непроходящей девичьей любви детства и крепко собранных старых и новых песнях (Баста со сцены передавал ему привет, но это никак не связано). И Баста без напрягов собирает.
Журналистов стройными рядами провели в недра стадиона, где в специально оборудованном холле с накрытым фуршетным столом все выстроились в ожидании Василия Михайловича. Неожиданно, но артиста долго ждать не пришлось — тайминг сдвинулся лишь немного. Ещё до выхода Басты его PR-директор Наталья объявила о полном солдауте (продано свыше 40 тысяч билетов). Такого на «Ак Барс Арене» ещё не было, говоря о прошедших здесь концертах. Но это не совсем так: во время закрытия Универсиады, что номинально тоже можно считать концертом, также был солдаут, ведь билеты продавались. Ещё до начала шоу было принято решение о следующем стадионном концерте Басты на этом же месте. Он состоится 26 июня 2027 года, билеты уже поступили в продажу и их уже начали покупать.
Баста вышел в сопровождении двух охранников. Он был в очках с диоптриями, шортах и майке без рукавов. Говорил тихо и едва слышно, острых вопросов избегал (да их и не задавали), а отвечал обтекаемо и дипломатично: «Как хорошо знакомы с татарской эстрадой?» — «Сегодня увидите» (насколько можно считать МакSим и Эльмиру Калимуллину, вышедших на сцену, представителями татарской эстрады — вопрос больше риторический); «Как вам татарская речь?» — «А что с ней не так? Акцент позитивный, мне нравится. Красивый язык, интересно звучащий».
За Бастой интересно наблюдать — он пытался быстрее закончить этот не обременённый интересом диалог с журналистами, но старался отвечать на все вопросы; послал мощный, почти наотмашь воздушный поцелуй проходящему мимо Гуфу и рассказал, что его тёща тоже приехала в Казань (но её, тоже проходящую мимо, он не стал целовать); он не раздражался на откровенно глупые и банальные вопросы, но тяготился ими. После к журналистам вышли Мона, Женя Трофимов, Рамиль и Гуф — у того спросили, конечно, про третий совместный альбом. Ждите через 15 лет. После журналистов повели также пионерским ровным строем на площадку.
Мы выходили из темноты стадионного нутра на свет под открытое небо. Первое ощущение — я задыхаюсь. От яркого света, нереального количества людей на трибунах и в фан-зоне, от гигантской сцены, облаков, пролетавших над открытой крышей («Какое у вас красивое небо!» скажет Баста чуть позднее со сцены). На сцену через пять минут вышел детский хор, а после выбежал Баста. Переодетый во всё белое, он был виден издалека, а огромный экран дублировал его передвижения — артист не стоял, а активно двигался, общаясь со зрителем, а те в ответ сипели от восторга. Чуть позже Баста побежал в сопровождении тех же самых охранников по стадиону, давая пятюню всем, кто сумел дотянуться, — это было зрительское счастье, катарсис и наивысшая точка удовольствия от концерта.
Вообще, Баста удивительно работает с аудиторией. Он вплетает название города в тексты песен, между ними обращается к некоторым лично, выбирая кого-то в зале и прося навести на него камеру, он устраивает народные перформансы. На прошедшем шоу было два гендер-пати, предложение о замужестве на сцене и по инициативе Басты ещё одно в фан-зоне. Он просто спросил, хочет ли кто-то ещё сделать предложение, и подошел к рандомной паре, тянувшей руки. Их, конечно, вывели на экран, она, конечно, сказала да — Баста уникальный в этом плане. Он называет зрителя «роднёй», и зритель воет от восторга. Потому что верит, потому что Вася — это и есть родня, богатый родственник, у которого получилось. Вася заслуживает уважения и своим творчеством, и своим отношением. Он самоироничен и много шутит про возраст. Он душевный и сильно давит на тему семьи и детей, выбирая беспроигрышный ходы — абсолютно залетающие в топ хиты. Он бьёт на чувства — под «Медлячок» и «Папа whatsapp» не льют слёзы только бесчувственные или не переживавшие эти эмоции сухари.
У Басты, как мне кажется, нет целевой аудитории, потому что она — это все мы: я видел зумеров, подпевающих незнакомым мне песням; я видел молодые пары, отчаянно целующиеся под что-то для них знаковое; я видел взрослые пары, держащиеся за руки, сидя на трибунах; я видел отцов и детей, беснующихся на танцполе; я снова услышал «Осень» и по-новому понял слова песни, что болит душа от потерь. Баста в лучшей своей форме и в нужном времени: повзрослевшие школьники вспоминают детство и юность под его песни, дети растут, слушая то, что слушают родители, а миллениалы просто продолжают получать от артиста хорошую музыку. И эта музыка давным-давно вырвалась из рамок жанров и поджанров, она просто есть, как монолит, глыба и явление. Я не видел себя на этом концерте, но я ни минуты не жалею, что побывал на нём. Спасибо, Василий Михайлович!