Вы знали, что кипа разрозненных картин – без единого автора или эпохи – может стать сердцем вернисажа? А бездомный, просящий милостыню среди стен, усыпанных репродукциями Рембрандта, – тоже неотъемлемая часть выставки?
Куратор современного искусства Виктор Мизиано (за знакомство с ним GALA говорит спасибо «Смене») приводит пять примеров того, что происходит, когда кураторам наскучивают узкие рамки выставочных ритуалов и они решают добавить в повседневность немного притягательного безумия.
Коротко о наследии идей Мишеля Фуко
Достаем ручки и тетради – конспект уместится на половине листа А5 большим, корявым почерком. Французский философ Мишель Фуко в книге «Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы» разбирал эволюцию от публичных казней к замкнутым пыткам. По Мизиано, переосмыслившему идеи Фуко, выставка картин стала одной из форм, заменивших эти зрелища. За века сложилась традиция: зритель следует навязанным маршрутом, молча вбирая сюжеты живописи вместо театральных мрачных спектаклей:
– В Национальной галерее в Лондоне даже висело предупреждение: ни в коем случае нельзя громко смеяться или плакать, - рассказывает Виктор.
Бурные эмоции здесь – верх неприличия, а пространство пропитано ритуальной сакральностью и статикой. Напоминает атмосферу святынь и храмов, не правда ли? Но в XX веке, на волне больших культурных, политических и социальных перемен, художники и кураторы бросили вызов устоям. Появились светомузыка, перформансы и театральные формы, ранее неизвестные публике, – новые способы представления искусства. С исторической справкой покончили. А теперь – к конкретным примерам.
Бездомные на Трехпрудном
В 1991 году на Трехпрудном переулке в обычном жилом доме возникло пространство, где художники могли творить без оглядки на общественность. Денег почти не было: по воспоминаниям участников, вырученные от продажи картин средства уходили на банки сока, спирт и смешные галстуки с рынка. Жили коммуной, выживая на энтузиазме.
Несмотря на отсутствие государственной поддержки искусства в то время, выставки устраивались одна за другой – и часто самые провокационные. Одна из них, «Милосердие», стала хрестоматийной: художники пригласили с улицы трех бездомных, посадили их в комнату и повесили над головами каждого репродукцию нищего Рембрандта. «Живые экспонаты» просили милостыню у посетителей вернисажа. Так искусство вышло за рамки холста и профессионального перформанса, и вовлекло обычных людей, далеких от культуры. Гости уходили, потрясенные, и наверняка переосмысливали увиденное по-своему.
Паук-путешественник
Пространство способно превращаться из статичного изображения в целую экосистему – это неоднократно доказывал французский художник Пьер Юйг. Одна из его самых интригующих работ – «Umwelt» («Окружающая среда», 2011), где он выступил в роли натуралиста, изучая взаимодействие муравьев и пауков. Посетители галереи Эстер Шиппер попадали в комнату, где ползали 50 пауков и несколько тысяч муравьев, проникающих в гнезда через специальные отверстия в стенах. Пауки даже путешествовали по Европе в специальных боксах для перевозки.
Хлам Энди Уорхолла
Даже человек, далекий от живописи, наверняка слышал имя одного из самых известных художников XX века – Энди Уорхолла. Он пошел дальше: из всего накопленного хлама со склада фондов создал арт-пространство. В 1969–1970 годах это стало особенно очевидным в проекте «Raid the Icebox I with Andy Warhol» («Налёт на холодильник»), где из депо музея RISD в основные залы перевезли десятки шляпных коробок, ветхих зонтов, картин и обуви, фактически превратив их в нечто вроде чердака дальнего родственника. Такой формат стирает границу между обычным хранением и галереей, где всё подчиняется кураторским законам.
Комната для друзей
В 1986-м году французский художник Даниэль Бюрен создал произведение, состоящее из двух частей. Первая находилась в гостевой комнате частных собирателей современного искусства в Генте – Анник и Антона Гербертов. Вторая – в Музее современного искусства. Вы можете спросить: а где картины? Но на самом деле эти четыре стены – и есть инсталляция. Двойник живой комнаты был утерян.
Комната с видом на…
Выставка «Rooms with a View» («Комнаты с видом») – детище куратора Фреда Уилсона, и двух дизайнеров – Курт Белше и Лиз Проун. Основная идея – показать то, как работают стереотипные музейные пространства. За основу были взяты салоны конца XIX века, галереи эпохи модерна и даже этнографический музей.
В первой комнате все было окрашено мягким светом, бархатом и «аристократической» мебелью. Во второй – из категории реликвий изображения и скульптуры перетекают в форму языка художника. А третья представляла собой пародию на музей. В шкафах лежали анонимные артефакты, современные картины были подписаны в духе вроде «Нью-Йорк, начало 1900-х». В зависимости от пространства менялся тон повествования. Хотя картины зачастую во всех трех помещениях могли быть никакими смыслами, по большому счету, не объединены.
Футуризм в коробке
А еще выставка – это живое пространство, которое можно пройти насквозь. Джермано Челанта показал это на «Ambiente/Arte: dal Futurismo alla Body Art» («Среда/искусство: от футуризма до перформанс-арта») на венецианской Биеннале в 1976 году.
В Центральном павильоне люди проходили через целый ряд пространств, наполненных световыми инсталляциями, художниками как арт-объектами, звуками и яркими архитектурными сооруженями. Так Челанта показал, что разнородные работы можно соединить в единую «среду». Получилось футуристично.